Авторизация:
E-Mail: Пароль:
Закрыть
RU | EN

Опубликовано: 2018-06-13 22:40:04
Этот текст доступен по адресу: http://ontext.info/101349
44.Атрибуция как текстологическая проблема
При составлении полного перечня всех произведений данного писателя, то есть для определения корпуса его произведений, современным текстологам, готовящим издание, приходится решать вопросы атрибуции, то есть утверждения авторства того или иного писателя.
Существует три пути атрибуционной работы над анонимными произведениями: документальный, идейный и стилистический. Но действительно бесспорные доказа-тельства текстолог может получить, идя не каким- то одним путем, а только используя всю совокупность доводов, которые могут предоставить ему все три пути атрибуционной работы.
Рассмотрим некоторые методы и приемы атрибуции на основе анализа докумен-тов. Это путь наиболее простой, дающий, в некоторых случаях, наиболее убедительные доказательства. В самом деле, если автор в письмах, мемуарах, дневниках сообщает, что такое-то произведение, опубликованное анонимно или под псевдонимом, принадлежит ему, то это для текстолога является веским и убедительным аргументом.
Например, именно в дневниках Н. Добролюбова было обнаружено доказательство, что он является автором анонимной статьи «А.В. Кольцов», опубликованной в издании «Чтение для юношества. А.В. Кольцов, его жизнь и сочинения».
Серьезным доводом для атрибуции является и включение автором того или иного анонимно опубликованного произведения в свое собрание сочинений или в перечень написанных им произведений.
Так, только из составленного А.С. Пушкиным в 1830 г. перечня его произведений для будущего издания стало известно, что ему принадлежит эпиграмма «Седой Свистов! Ты царствовал со славой...» и анонимная рецензия на
поэму Ф. Глинки «Карелия, или заточение Марфы Иоанновны Романовой».
Большое значение имеют не только прижизненные авторизованные издания, но и посмертные, состав которых был в свое время определен самим автором, или когда из-дание выпускалось людьми близко стоявшими к писателю и знавшими действительного автора анонимного произведения.
Например, первое издание сочинений В.Г. Белинского было подготовлено в 1859-1861 гг. другом великого критика Н. Кетчером.
В ряду документальных источников атрибуции важное место принадлежит руко-писям, особенно черновым, отражающим творческий процесс создания произведения.
Обнаружение в архиве Н.Г. Чернышевского его автографа рецензии на сборник «Стихотворения Кольцова» позволило разрешить многолетнюю дискуссию об авторе ре-цензии.
Редактор-текстолог должен обращать внимание и на автоцитаты, автопризнания, автобиографические факты, встречающиеся в анонимном тексте.
Например, принадлежность А. Герцену анонимной заметки «Отец Мартынов и отец Самарин» подтверждается тем, что в заметке есть фраза: «Вот мы писали четыре письма к противнику, но противник не отвечал», напоминающие о цикле статей А. Герцена «Письма к противнику».
Немало доказательств текстолог может обнаружить в письмах, дневниках, воспо-минаниях современников писателя. Однако при анализе этих доказательств необходимо учитывать степень возможной их осведомленности.
Бесспорна осведомленность Ф. Достоевского, работавшего вместе с Н. Некрасовым над подготовкой альманаха «Зубоскал» и сообщившего брату о том, что анекдот «Пушкин и ящерицы» принадлежит Н. Некрасову.
Большую помощь в раскрытии авторства оказывают и такие документы, как сохра-нившиеся бухгалтерские книги журнала «Современник», гонорарные ведомости «Оте-чественных записок» или обширный архив Литературного фонда, когда автор, обращаясь за пособием, прикладывал перечень своих трудов и т. д.
Бывают и другие варианты документальных источников, предусмотреть которые заранее трудно. Их использование зависит от эрудиции и
изобретательности текстолога (исследователя).
Таким образом, документальные источники бывают очень разнообразны и нередко содержат убедительные и веские доказательства авторской принадлежности. Однако тек-столог должен помнить, что эти доказательства - не безусловны. Имеется немало случаев, когда даже исходящие от автора документальные источники дают неверные сведения. Иногда автор это делает умышленно, стремясь всячески отвести от себя авторство, иногда это получается случайно, в результате ошибки памяти. Но факт остается фактом, что этим сведениям мы уже не можем доверять абсолютно.
Имеются письменные утверждения А.С. Пушкина, что автором «Гаврилиады» явля-ется якобы Д. Горчаков (к тому времени умерший), а он, Пушкин, только сделал для себя копию поэмы. Вместе с тем целый ряд совершенно неопровержимых аргументов абсолют-но убеждают нас в авторстве А. Пушкина.
А вот другой пример. В. Маяковский в предисловии к сборнику «Грозный смех» пи-сал: «В двух случаях, отмеченных в книге звездочками, я не твердо помню свое авторство текста». Однако, в книге, вышедшей уже после смерти поэта, этих звездочек не было, а про-верка показала, что поэт включил в сборник шесть не принадлежащих ему произведений из цикла «Окна РОСТА».
Нередко в архивах писателей обнаруживаются записанные ими чужие произведе-ния, причем с зачеркиваниями и переделками. Но изменения в таких автографах связаны не с процессом творчества, а возникли в результате припоминания чужого произведения. Такие рукописные источники приводят к серьезным ошибкам атрибуции.
Не может служить достаточным доказательством авторства даже печатание под псевдонимом, приписывающимся определенному писателю. Крупный ученый Б. Бухштаб установил, например, что некоторые стихотворения Н. Некрасова при жизни И. Панаева печатались под псевдонимом Панаева - «Новый поэт».
Таким образом, каждый, даже документально подтвержденный аргумент атрибу-ции должен быть перепроверен с помощью других доводов, и только в итоге такого все-стороннего анализа текстолог может придти к выводам, позволившим ему уже не предпо-лагать автора, а утверждать принадлежность именно ему данного анонимного произведе-ния.
«Dubia»
Совокупность различных приемов и методов дает текстологу возможность с бес-спорной уверенностью выявить автора анонимного произведения и ввести это произве-дение в корпус подлинно принадлежащих данному автору произведений. Однако к та-кому бесспорному решению можно придти далеко не всегда. Остаются еще произведения, которые при современном состоянии наших знаний о творчестве данного писателя, нель-зя отнести к нему. Тогда в академических изданиях появляются отделы произведений, называемые «Dubia» (от латинского глагола «dubitare» - сомневаться, колебаться). Однако это не означает, что в отдел «Dubia» помещаются произведения, принадлежность которых данному автору находится под сомнением. Если текстолог сомневается в этом, он не дол-жен вообще вводить эти произведения в издание. Дело не в «сомнении», а в недостаточ-ности доказательств для признания произведения бесспорно принадлежащим предпола-гаемому автору. Такие произведения считаются условно принадлежащими или припи-сываемыми автору и помещаются в отдел «Dubia».
Грубой ошибкой считается заранее установленная норма аргументов, достаточ-ная для признания или непризнания произведения условно или безусловно принадлежа-щим данному автору. Главное правило заключается в следующем: в основной состав из-дания произведение помещается только при наличии доказательств, бесспорно решающих вопрос об авторской принадлежности, а в отдел «Dubia», когда этих доказательств будет недостаточно для бесспорного решения.
Этот отдел рассматривается в изданиях как временный, своего рода резервуар, из которого пополняется основной корпус произведений писателя.



Зарегистрируйтесь на ontext.info для получения дополнительных возможностей по работе с сервисом.